Есаул (не по Талькову)

Молодой есаул, уходил воевать.
На проклятье отца, и молчание брата —
Он ответил ‘так надо — но вам не понять…’
Тихо обнял жену — и добавил: ‘Так надо!’

Он вскочил на коня, проскакал полверсты
Но когда проезжал близ речного затона —
Вот звенят на груди ордена и кресты,
И горят на плечах золотые погоны.

Ветер сильно подул, вздыбил водную гладь.
Зашумела листва, встрепенулась природа.
И услышал казак — ты идешь воевать,
За помещичью власть, со своим же народом.

Он встряхнул головой, и молитву прочел.
И коню до костей, шпоры врезал с досады.
Конь шарахнулся так, как от ладана черт —
Прочь от места, где слышал он божию правду!

И носило его, по родной стороне,
Где поля и леса превратились в плацдармы.
Много крови пролил есаул в той войне.
Но проклятье отцовское было недаром.

И Орел, и Каховка, — крымский разгром.
И Галлиполи муки, и жизнь на чужбине.
Заливал он раздумье дешевым вином —
Жизнь прошла. Не увижу я больше Россию.

Вспоминал есаул, божий глас у реки —
Просыпаясь бездомным в парижском приюте.
На пригорке березки, в полях васильки
Не увижу я больше, меня вы забудьте.

Вот и снова война. Где ты, храбрый Париж?
Стук немецких сапог по бульварам Монмартра.
Генералу Краснову — пойдешь ты служить?
Большевистскую сволочь погоним мы завтра!

Но ответил казак — на своих не пойду.
Обратился к нам Сталин , мол братья и сестры!
Не свободу России несете — беду!
Дело ваше Отечеству нож в спину острый.

Ну смотри, есаул — сам ты выбрал свой путь!
Глянь — у стенки, команда к расстрелу готова.
Усмехнулся казак — напугали, аж жуть!
Мертв давно я — как Божье не выслушал слово.

Ведь что жил я, что не жил — уже разницы нет!
Так зачем мне держаться — за жизнь ту, пустую?
Коль не смог в ней живым я оставить свой след —
Умереть я смогу за Россию святую.

Ну а вас проклянут! И настанет тот час
Когда сдохнет ваш фюрер, как крыса в подвале!
Вам — не будет пощады.. Но вспомнят о нас.
Хоть грешны мы — но Родиной не торговали!

Песьи рожи — недолго вам шабаш плясать!
Даже память о вас — скоро сгинет во мраке.
На Дону у меня сын остался — видать
Справный выйдет казак, отомстит вам, собаки!

Говорил есаул, вспоминая отца,
И жалея, что Божий наказ у реки не послушал.
Лай команд. Пуля в сердце, грамм девять свинца,
Отпустили на суд его грешную душу.

А на рынке парижском, лежат ордена.
Разошлись за гроши золотые погоны.
Что останется после, на все времена?
Непорушенной памятью тихого Дона.

Влад Савинов. Морской волк

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.